«Меняйте мир по одной женщине за раз». Как женщин в развивающихся странах учат феминизму и как этому помогают мужчины

от admin
Монолог главы британского отделения благотворительной организации Women for Women International Брита Фернандес-Шмидт о том, как женщин в развивающихся странах учат феминизму и как этому помогают мужчины.
Записала: Кира Малышева | Фото: Ольга Кузьменкова

Если вы попросите меня рассказать о каком-то одном достижении за годы работы, я расскажу вам такую историю. Пять лет назад «Исламское государство» (ИГИЛ) захватило город Синджар. 3500 женщин-езидок попали в плен, 4000 мужчин-езидов убили. Это был геноцид: из этих 3500 женщин спасти удалось только половину, многие из них несколько лет удерживались в сексуальном рабстве.

Спустя год на отдыхе я прочитала статью о 12-летней девочке, которой удалось сбежать из плена ИГИЛ. Ее систематически насиловали больше года. Моей дочери тогда было 12. Я смотрела на нее, представляла на месте этой девочки и не могла унять слез. У меня было чувство, что мне немедленно надо что-то с этим сделать.

Вернувшись, я сказала своей команде, что хочу собрать деньги для женщин-езидок, чтобы мы могли помочь им как можно скорее. Мы тогда готовили большой благотворительный вечер; я решила выступить на нем с речью. Сначала я рассказала, как мы отдыхали с дочерьми, а потом добавила: «У меня есть еще одна дочь. Ей 12 и она только что сбежала из плена ИГИЛ, где ее держали в качестве секс-рабыни». В зале повисла тишина это произвело на всех большое впечатление. Я продолжила: «Конечно, она не является моей настоящей дочерью, но она могла бы ею быть». Иногда просто нужно остановиться на мгновение и вспомнить о том, что это тоже живые люди. Нам всегда надо помнить о том, что это живые люди.

В тот вечер мы собрали £830 000 фунтов, больше, чем когда-либо. Потом мы нашли местную организацию, Фонд освобождения езидов (Free Yazidi Foundation), которая оказывает психологическую и социальную помощь женщинам, сбежавшим из плена.

Для меня эта история о том, что, если вы чувствуете, что вам нужно что-то сделать, вам просто нужно решить что-то сделать и сделать это. Люди сами придут к вам и помогут, потому что они почувствуют, что вами движет что-то очень глубокое. 

«Здравствуйте, расскажите, чем вы горите?»

Я с детства знала, что буду заниматься правами женщин. Меня всегда занимало то, как девочки постепенно начинают верить в то, что они не столь ценны, как мальчики. Я родилась в Германии, но когда мне было 14 лет, моя семья переехала в Венесуэлу. Это стало для меня важным опытом — в Венесуэле очень заметна социальная несправедливость: бедность, гендерное неравенство. Там я решила, что я хочу делать что-то с женщинами и для женщин. 

В университете я стала изучать вопросы гендера, а потом начала работать в организациях, которые занимаются правами женщин, в особенности правами женщин в развивающихся странах. Такие женщины находятся в самом тяжелом положении: если ты родилась женщиной, ты уже и так находишься в уязвимой позиции, а тут — ты родилась женщиной, да еще и в бедной стране, где идет военный конфликт. Это просто исключительные обстоятельства.

В середине нулевых я прочитала книгу Зайнаб Салби, основавшей организацию Women for Women («Женщины для женщин»). Эта книга — история о взрослении в Ираке при Саддаме Хусейне и о том, как Зайнаб создавала Women for Women. В книге она пишет, что смысл этой организации — дать женщинам во всем мире ощущение сестринства, выразить солидарность с теми, кому пришлось пережить военный конфликт, донести до них, что про них не забыли, даже если им кажется, что миру до них нет дела.

Эта книга глубоко тронула меня. Я поняла, что мне необходимо работать в этой организации. Но головной офис Women for Women находится в Вашингтоне, а я тогда не была готова к переезду из-за маленьких детей.

Однако через два года, в 2008-м, со мной связались рекрутеры — Women for Women собирались открыть офис в Лондоне, и у меня спросили, хочу ли я этим заняться. Помню, у меня тогда даже дыхание перехватило: «Да, конечно, да! Что мне надо делать?» Так я и начала работать в Women for Women.

Одиннадцать лет назад, когда мы только начинали, нас в Великобритании вообще никто не знал. А сейчас у нас такой нетворк (в фэшн и бьюти-индустрии), что я бы и сама не поверила, если бы мне об этом когда-то рассказали. Если честно, я не очень много знаю про фэшн и бьюти-индустрию, но я знала, что очень много благотворительных организаций даже не хотят к ним идти из-за каких-то пуристских убеждений: мол, если ты занимаешься благотворительностью, ты должен ходить в сандалиях Birkenstock и выглядеть так, как будто ты занимаешься благотворительностью. Но это же абсурд.

Я думаю, что люди хотят помогать другим из чувства сопричастности. Оно для всех общее. Я стараюсь узнать каждого как человека, я не смотрю на человека как на бренд со значком доллара. Я просто говорю людям: «Здравствуйте, расскажите, чем вы горите?» Это помогает установить отношения, найти точки соприкосновения — и вдруг оказывается, что другой человек тоже не может оставаться безразличным и хочет помогать. Ну и, вообще, давайте по-честному, кто не хочет никому помогать? Таких людей очень мало.

Я думаю, очень важно быть настроенным на то, чтобы договориться, это заставляет думать возможностями. Такой настрой заразителен — мне кажется, что когда ты сам открыт, то и другим проще сказать тебе «да». Я вырастила британское отделение Women for Women, руководствуясь этим принципом. 

«В новых регионах мы сразу идем к мужчинам»

Чтобы понять, стоит ли нам открывать представительство Women for Women в какой-нибудь стране, мы проводим исследование. В первую очередь нас интересует, есть ли в этой стране какие-то другие организации, которые делают то же, что и мы. Сейчас в мире идет около 40 войн, а мы работаем только в восьми странах. У нас ограниченные ресурсы, спрос выше наших возможностей.

После того как мы выбираем страну, мы определяем наиболее нуждающиеся регионы — те, где живут самые бедные женщины. При этом мы руководствуемся соображениями относительной безопасности. К примеру, мы не работаем в частях Афганистана, подконтрольных экстремистам из «Талибана». Ну и, наконец, мы руководствуемся финансовыми соображениями: есть ли у нас деньги, чтобы открыться еще в одной стране?

Иногда получается так, что находятся крупные спонсоры, готовые покрыть расходы. Например, нашу относительно новую программу на севере Ирака проспонсировала группа доноров из Великобритании. Эти люди просто следили за тем, что происходит с езидами (народ, проживающий на севере Ирака. — Прим. Gate), когда ИГИЛ захватило Синджар. Люди смотрели новости и хотели как-то помочь — и тут у них появился удобный способ это сделать, проследив, куда идут их деньги и какая помощь будет оказана пострадавшим женщинам.

Мы начинаем работу в новой стране с поиска сотрудников: нанимаем только местных, с экспатами не работаем, потому что нам важно доверие местного сообщества. Подходящих людей мы обучаем — лишь после этого они могут идти к другим людям. Одновременно с этим мы иногда запускаем радиоджинглы, чтобы донести до всех информацию о том, что в их регионе теперь есть Women for Women и что мы предлагаем обучающие программы.

В каждой стране мы проводим исследование рынка, определяем, какие занятия востребованы. Например, мы выяснили, что в Ираке востребованы профессии, связанные с индустрией красоты, парикмахеры, швеи, а в Конго наиболее привлекательной деятельностью оказалось изготовление кирпичей.

До недавнего времени изготовление кирпичей в Конго было исключительно мужским видом заработка — еще два года назад там не было ни одной женщины-кирпичника. Но нам показалось, что это очень привлекательный вид деятельности, и мы подумали, почему бы не попробовать дать женщинам эту возможность? Мы спросили местных женщин, хотят ли они этим заниматься. Они ответили: «Да!»

В Конго мы обучили профессии кирпичника местную девушку, ее зовут Синама. Ей всего 26 лет, но она уже построила пару домов, а теперь еще и сама стала инструктором и работает у нас. Она, кстати, тоже наняла мужчин, потому что некоторые процессы в изготовлении кирпичей требуют большой физической силы — женщинам сложно самим копать глину, например.

Я видела много таких историй: в Косове мы учили местных женщин растить травы — теперь одна из женщин наняла к себе на работу своего мужа, брата и дядю. А начинала она как человек, переживший военный конфликт, ни дня в жизни нигде не работавший.

В новых регионах мы сразу идем к мужчинам — старейшинам и религиозным лидерам. Нам важно добиться их поддержки, особенно в странах вроде Афганистана, где без разрешения мужчины женщинам нельзя даже выйти из дома. Если поддержки мужчин у нас не будет, поддержки не будет и у женщин в регионе. Кроме того, старейшины и религиозные лидеры могут подсказать, кому помощь нужна в первую очередь, — может, где-то живет одинокая вдова? 

Чтобы убедить мужчин, мы используем экономические показатели: рассказываем о результатах работы в других регионах — например, о том, что в других сообществах средний доход за год вырос в три раза. Для старейшин и религиозных лидеров эта информация оказывается большим плюсом.

Для мужчин у нас есть обучающая программа. Мы работаем не только с теми, кто играет большую роль в жизни сообщества, но и с мужьями женщин, которые к нам обращаются. Мужская программа длится всего три месяца; ее смысл в том, чтобы создать такую среду, где женщины будут развиваться и процветать. Женщины ведь не живут в изоляции. Мужской курс имеет большой успех, и он очень важен, поскольку мужчины в таких сообществах тоже, скорее всего, не ходили в школу, а свои представления об общественных нормах получили, просто наблюдая за окружающими.

В Афганистане нас поддерживают умеренные муллы — они учат мужчин с точки зрения Корана, объясняют им, что нигде в Коране не говорится о том, что женщины не равны мужчинам; учат, что отношения с женой будут гораздо более продуктивными, если жену уважать. Бывали случаи, когда мужчины подходили ко мне после занятий и говорили: «Я хочу сказать вам спасибо, теперь я понял, что вовсе необязательно бить свою жену».

Если вдуматься, в этой фразе есть рациональное зерно. Она перестает казаться странной, как только вы задумаетесь о том, что эти мужчины с детства впитывали идею «если ты мужчина, ты должен вести себя так и утверждать свой авторитет с помощью физического насилия». Если вы не получали никакого образования, вы не можете знать о том, что насилие нарушает права человека. Кстати, многие мужчины не хотят бить своих жен, но делают это, потому что считают, что общество ожидает от них такого поведения. Так что доступ к знаниям действительно может изменить ценности.

«Меняйте мир по одной женщине за раз»

Мы в Women for Women всегда говорим, что мир можно изменить по одной женщине за раз. Наш основной способ привлечения средств — программа спонсорской поддержки: вы жертвуете свои деньги конкретной женщине, мы называем их сестрами. Ежегодно мы помогаем почти 15 000 женщин, у каждой из них есть спонсор.

У меня тоже есть сестра. Ее зовут Тэзира, она живет в Руанде. Недавно я была там по работе, и мы смогли познакомиться с ней лично. Это невероятное ощущение — знать, что твой вклад имеет значение. В смысле, знать об этом по-настоящему: знать имя человека, иметь возможность написать ему письмо, думать о том, что нас объединяет. Разумеется, у нас есть различия: у меня есть возможности, которых у моей сестры никогда не было, но мечты и амбиции у нас одни и те же, и я могу разделить ее желание дать все лучшее своей дочери.

Ее дочке сейчас 15 лет, я у нее спросила, кем она хочет стать. Она ответила: «Я хочу быть летчиком!» Это потрясающе, что у нее такой ответ на этот вопрос, ведь ее мама никогда не ходила в школу и не посещала никаких образовательных программ вроде тех, что мы делаем. И тем не менее у нее такие большие мечты.

Мы очень верим в идею самосовершенствования и личной инициативы. В странах, где мы работаем, женщины должны сами проявить интерес и сказать себе: «Окей, я пойду туда и выясню, что это такое». Мы, в свою очередь, объясняем им, что мы тут не раздаем брошюры и милостыню, а предлагаем инвестировать в свое будущее. Если они согласны, мы просим их подписать документ, что-то вроде общественного договора. Этой подписью они как бы подтверждают, что готовы регулярно, раз в неделю, приходить на занятия. Многие вместо подписи оставляют отпечаток большого пальца, потому что они просто не умеют читать и писать. 

Такая подпись — это уже первый шаг на пути личностного роста. Женщина должна принять осознанное решение и подписать этот договор. Желание реализации своего внутреннего потенциала должно идти изнутри: я могу сказать вам, что вы прекрасная, но вы должны сами сделать этот выбор и решить, что вы хотите верить в себя. Мы же, в свою очередь, верим, что изменения можно усилить с помощью доступа к различным ресурсам: знаниям и деньгам. Участницам программы мы выплачиваем стипендию — и это тоже важная часть обучения. Мы учим женщин обращаться с деньгами, планировать расходы, откладывать деньги на будущее.

У нас еще много всего интересного

Наш сайт использует куки. Продолжая работу, Вы соглашаетесь с политикой нашего сайта. Принять Подробнее